Financial Times назвала тенденции, которые будут определять глобальную экономику в 2022 году

Уже второй год пандемия коронавируса меняет мир. Конечно, она не изменила все, но ускорила многие экономические тенденции, от сокращения населения до цифровой революции. Financial Times называет тенденции, которые могут определять экономику в 2022 году.

Падение рождаемости. Снижение уровня рождаемости блокировало глобальный экономический рост. Рождаемость сокращалась более быстрыми темпами во время пандемии, включая резкое падение в Китае. В долгосрочной перспективе такая тенденция еще больше сократит мировую рабочую силу. Население трудоспособного возраста уже уменьшается в 51 стране.

Пик развития Китая. Замедление развития Китая будет наблюдаться из-за роста долга и вмешательства правительства. В 2021 году на Китай приходилось четверть мирового роста ВВП по сравнению с одной третью до пандемии. Более резкий поворот Китая на внутренний рынок ослабляет его отношения с другими экономиками. Китай, возможно, достиг своего пика как двигатель глобального роста.

Долговая ловушка. Глобальный долг рос в течение четырех десятилетий, но его уровень стал быстрее увеличиваться во время пандемии. Двадцать пять стран, включая США и Китай, имеют общий долг выше 300 процентов ВВП. Деньги, напечатанные центральными банками, продолжают «раздувать» финансовые рынки и углублять долговую ловушку.

Инфляция. Меньше работников, больше государственных расходов и рост госдолга – все это указывает на высокую инфляцию, но, вероятно, не на высокий уровень инфляции 1970-х, как опасаются некоторые эксперты. В 2022 году государственные расходы должны снизиться. Больший риск – это цены активов.

«Зеленая экономика». Давно известно, что борьба с глобальным потеплением повышает спрос на «зеленые металлы», такие как медь и алюминий. Менее известно, что экологическая политика сокращает все виды сырья. За последние пять лет инвестиции в шахты и нефтяные месторождения резко упали. Результатом является рост цен и энергокризис.

Парадокс производительности. Исчезла надежда, что быстрое внедрение цифровых услуг во время пандемии положит конец длительному падению глобального роста производительности. Всплеск производительности 2020 года исчез в конце прошлого года. Пока данные свидетельствуют о том, что работники на дистанционке тратят больше времени на работу с меньшей производительностью. Парадокс слабой производительности, несмотря на ускорение технологических изменений, сохраняется.

Локализация данных. Вирус поразил мир с понижением потоков всего (торговля, деньги, люди), кроме данных. Интернет-трафик в 2022 году, вероятно, превысит все свои масштабы, зафиксированные к 2016 году. Отрицая надежды на то, что правительства не смогут контролировать Интернет-пространство, власти некоторых стран стараются не разрешать данным «пересекать границы». Наиболее жесткие правила вводятся в развивающихся странах во главе с Китаем, Саудовской Аравией и Индией.

«Цифровая экономика». Казалось, что активизация дискуссий вокруг метавселенной означал упадок «физической экономики», но цены говорят о другом. Цифровой мир также нуждается в физическом убежище. Спрос со стороны миллениалов и поколения Z помог расширить рынки недвижимости в 2021 году. Цифровые технологии не делают физические ресурсы устаревшими. Электромобилям нужно больше меди, чем транспорту на бензине. Нехватка рабочей силы повышает заработную плату даже в сферах, которым больше всех угрожает автоматизация, резюмирует издание.

Источник: news.finance.ua