"Этот год точно не будет легче" — интервью с министром финансов Сергеем Марченко

В интервью «Сегодня» министр рассказал о том, как идут переговоры с МВФ о кредите, каким будет 2021 год для экономики Украины, что может помешать выполнить бюджет и как меняется структура Минфина

Министр финансов Сергей Марченко рассказал "Сегодня", что из-за работы набирает вес, несмотря на регулярные занятия спортом. Причиной считает постоянный стресс. Что и не удивительно в ситуации, когда МВФ постоянно переносит сроки очередного кредита. В интервью Марченко подробно рассказал о том, как идут переговоры с МВФ и как этим переговорам мешает карантин. А также о том, чего ждать в финансовом плане от 2021 года. Легче предыдущего, по его мнению, этот год не будет. Успели обсудить и ряд других тем – приватизацию госбанков, реформы внутри Минфина, влияние политики на бюджет. Поговорили даже о личном.

Интервью итоговое: нынешний состав Кабинета министров работает уже год. И в эти дни, когда подводятся итоги, тема финансов звучит чаще других.

В декабре казалось, что с МВФ вопросы будут решаться легче

— Некоторые экономисты говорят, что из-за паузы в отношениях с МВФ могут начаться проблемы с социальными выплатами во второй половине года. Это так?

— Бюджет сбалансирован, мы его выполняем. По итогам января даже перевыполнили по доходам на 3,5 млрд грн. Февраль тоже выполнен по доходам на 103,2%. Думаю, до конца года тренд сохранится.

Программа с МВФ нам нужна, чтобы обеспечить источники покрытия внешних заимствований. При этом мы не рассматриваем варианты, при которых придется останавливать любые социальные выплаты. Даже теоретически это исключено.

— Но все прогнозы, расчеты делались с допущением о продолжении сотрудничества с МВФ. А сотрудничества пока, можно сказать, нет.

— Оно есть. С декабря до февраля в Украине работала оценочная миссия МВФ по пересмотру программы. Мы до сих пор согласовываем параметры будущих обязательств и выполнения действующих параметров. У нас идет нормальная дискуссия по ключевым вопросам. Никаких критических акцентов ни по одному вопросу нет.

Отмечу то, что онлайн-миссия имеет определенную специфику. Думаю, в формате офлайн мы бы за две недели постоянной коммуникации с экспертами нашли решение быстрее, чем через монитор. Но мы продолжаем работу.

/ Фото: minfin.com.ua

— То есть речь идет о новой программе с МВФ и новом меморандуме?

— Речь идет о переформатировании действующей программы в части оценок и обязательств.

— И когда рассчитываете на новый транш?

— Нужно начать работать над текстом Меморандума и получить Staff-Level Agreement – одобренное соглашение на уровне персонала. И дальше выполнять условия пересмотра программы.

Признаюсь, в декабре наши ожидания были более оптимистичными. Тогда было меньше вопросов, требующих решений. Сегодня в связи с ситуацией на энергетических рынках возникли дополнительные аспекты, которые требуют согласования с миссией МВФ.

— А решения Конституционного суда вызвали вопросы МВФ?

— В Верховной Раде уже представлены законопроекты по НАЗК в части возвращения ответственности за неправильное декларирование. Надеюсь, в ближайшее время их примут.

Есть вопрос по НАБУ. Соответствующий законопроект нарабатывается с миссией МВФ, после чего его рассмотрит парламент. Есть проработанный законопроект по Высшей раде правосудия, который в ближайшее время изучит Венецианская комиссия.

Работаем в этом направлении. Просто на решение таких системных вопросов нужно больше времени, чем ожидалось раньше.

— Какие замечания у МВФ по параметрам бюджета на 2022 год?

— Есть замечания в части снижения дефицита. Фонд ожидает от Министерства финансов компенсаторных мер, которые бы увеличили доходную часть или снижали расходную, позволяя достичь уровня дефицита 3,5% ВВП. Сейчас у нас – 5,5%.

— Что это будут за компенсаторные меры?

— Готовим предложения в Налоговый кодекс, которые предусматривают увеличение ставок администрирования. Это будет не увеличение налогов, а устранение пробелов действующего законодательства. В ближайшее время будем выносить законопроект на заседание правительства.

— Так что будет в обновленном Меморандуме? Новые сроки, новые маркеры…?

— И новые сроки, и новые маркеры. Мы – в процессе разработки и дискутируем о конфигурации этих параметров. Основные темы – антикоррупционные мероприятия, судебная реформа, энергетический рынок, фискальные обязательства, в частности по бюджетным параметрам. Есть вопрос о введении «Ощадбанка» в Фонд гарантирования вкладов физических лиц. Сейчас обсуждаются такие вопросы.

"Укргазбанк" останется государственным. Но туда может прийти иностранный акционер

— Хотелось бы расспросить об изменениях, связанных с «Укргазбанком». То сообщалось, что его продают IFC, то говорилось, что банк получил кредит от IFC. Так он остается государственным или переходит в частные руки?

— Форма сотрудничества определялась IFC – Международной финансовой корпорацией. Им был интересен формат, когда они на первом этапе дают кредит 30 млн евро с возможностью дальнейшей конвертации в акции банка с дополнительной эмиссией до 20% уставного капитала.

Сегодня 95% акций банка принадлежат государству. В принципе, государство будет и дальше владеть банком, но в число акционеров войдет Международная финансовая корпорация. Сроки и механизмы вхождения обсуждаются. Мы прошли только первый этап – подписали кредитное соглашение. Полученный кредит может быть конвертирован в капитал с передачей инвестору пакета акций.

— В прошлые годы говорилось о том, что Украина будет стараться передать госбанки в частные руки. Сейчас эти планы как-то изменились?

— Это вопрос времени и конъюнктуры поиска лучших инвесторов. Пример IFC – показательный. Так же будем строить отношения «Ощадбанка» и ЕБРР. Сегодня ведутся переговоры о вхождении ЕБРР в «Ощадбанк». О сроках говорить рано. Напомню, что переговоры с IFC велись с 2017 года.

— А что вы имели в виду, говоря о конъюнктуре?

— Это – вопрос наличия покупателя и приемлемой для нас цены. Теоретически можно и сейчас продать все банки, но вопрос – за какую цену? Она зависит от состояния банков, объема портфеля неработающих кредитов… Любой инвестор просчитывает риски. Поэтому важно для начала привести банки в продажный вид. Работаем в этом направлении.

— Вопрос неработающих кредитов был в числе условий МВФ по нынешней программе, но вы не называли этот вопрос в числе дискуссионных.

— Мы многое сделали в этом направлении. Фактически разблокировали работу банков с неработающими кредитами. В прошлом году этот портфель уменьшили на 22%.

"Самая большая удача – это люди"

— Что считаете наибольшим достижением и удачей за время, которое возглавляете Министерство финансов?

— Самая большая удача – это люди, с которыми работаю. С командой мне действительно повезло.

/ Фото: Сегодня

— После прихода вы инициировали кадровые изменения?

— Я как раз нахожусь в процессе внутреннего переформатирования. Новые вызовы предусматривают частичную трансформацию, в том числе коллектива. Хотя в целом я им доволен.

— Вы рассказывали, что в Минфине все еще работают многие из тех, с кем Вы много лет назад начинали свой путь финансиста. Будет ли процесс реформирования касаться их?

— Это касается всех. В том числе – Университета налоговой службы – моей альма-матер. Мы ставим вопрос о переформатировании этого учебного заведения. Меня не устраивает качество отбора студентов и профессорско-преподавательского состава, имидж заведения… Перемены коснутся всех. Я и к себе ставлю такие же требования.

— Что произойдет с университетом?

— Будем формировать повестку дня и политику нашего финансового университета. Хотим привнести туда новые миссию и систему ценностей. Наша цель – формировать будущую кадровую элиту финансовой системы страны. Понимаем, каким должно быть качество этих кадров и какие нам нужны компетенции. Необходимо признать, что в настоящее время университет неконкурентоспособен. При том, что там готовят кадры для всей системы Минфина: налоговой, таможни, Казначейства, Службы финмониторинга, Аудиторской службы.

Ищем кадры для перезагрузки университета. Это непростая задача. Во-первых, многие разочарованы госслужбой, во-вторых, зарплата неконкурентная. Современный мир требует определенного набора профессиональных качеств. А наше высшее образование не успевает за этими требованиями. Хотим сделать гибкую учебную систему, которая позволит инвестировать в подготовку нужных стране категорий специалистов.

Сложность этого года – возможная политическая турбулентность

— Ваши прогнозы на этот год? Он будет проще? Сложнее? Приходилось слышать мнение, что кризис начнется, когда закончится карантин, потому что прекратится бюджетная помощь.

— Этот год точно не будет легче. Но и кризис, уверен, не станет глубже. Ключевые международные организации прогнозируют экономический рост до 5%.

— В чем может быть сложность этого года?

— Главный риск – это возможность государственных решений, не обеспеченных бюджетным ресурсом. Наш бюджет ограничен. Поэтому важно отказаться от любых финансово неоправданных решений в угоду декларативным целям. Кроме того, важно избежать политической турбулентности, которая может предусматривать финансовые риски. В Минфине понимают, как выполнять действующий бюджет. При этом мы понимаем и риски ситуации, при которой придется искать источники финансирования дополнительных расходов.

— Вам удалось отдохнуть за время, что возглавляете министерство? Были в отпуске?

— Это было два-три дня максимум.

— На Новый год куда-то ездили?

— Ездил отдыхать на три дня. В Украине.

Из-за стресса начал набирать вес

— Вы рассказывали, что увлекаетесь спортом. Времени на тренировки хватает?

— На системную подготовку к соревнованиям не хватает. Хотя тренируюсь постоянно. Заметил, кстати, что набираю вес, даже регулярно занимаясь спортом. Ключевая причина – стресс. Это то, чего хотелось бы избегать. Если бы мог убрать стрессовость своей должности, то жизнь была бы прекрасной (улыбается).

— Как реагируете на стрессы?

— Внешне меня очень сложно пробрать. Негативную информацию стараюсь не распространять в систему. Сначала перевариваю ее сам, а потом думаю, как ее трансформировать.

— Но сами принимаете близко к сердцу?

— Да. Поэтому и разочарования бывают. Когда понимаешь, что можно было сделать лучше, но уже не можешь ничего изменить. Бывают и системные проблемы, которые ты должен принимать, как есть.

— Вы сказали, что не успеваете готовиться к соревнованиям. А вообще планируете вернуться в «большой спорт»?

— Не на должности министра (улыбается). Хотя цикл министра – короткий. Он рано или поздно заканчивается. Или пойдешь вверх, или поменяешь позицию по горизонтали, или уйдешь… Может быть по-разному. Сегодня работаю и стараюсь быть максимально эффективным на своем посту.

Если конъюнктура изменится, приму это спокойно. Меня пригласили в сложный период. Я согласился, поскольку считаю, что могу быть полезным своей стране.

— Хватает времени на семью?

— Не хватает. Конечно, вижу семью чаще, чем в начале работы министром, но все равно этого недостаточно.

— Как дети воспринимают папу министра? Ваша старшая дочь уже достаточно взрослая, чтобы понимать, что это за должность.

— Ей 10 лет. Она, конечно, понимает. Но для нее «папа-министр» значит то, что она его меньше видит и теряет его внимание. Она это четко понимает.

— А с друзьями встречаетесь?

— Мой самый большой друг – моя жена Марина. А большинство других моих друзей работают много лет в Министерстве финансов. И я их часто вижу (смеется). Это команда, с которой я работаю.

Продолжение следует. Во второй части интервью министра финансов Украины Сергея Марченко читайте о том, как будут расти зарплаты в 2021 году, можно ли будет получить дешевый кредит и кого заставят вернуть субсидии. Также о новой программе доступной ипотеки, которую с 1 марта запустило Министерство финансов, смотрите в сюжете:

Источник: www.segodnya.ua